Скука

Как-то там говорилось, вроде, “Многое знание умножает скорбь.”

Сегодня на паре были студенты, которые, вообще говоря, очень редко ходят. А предмет, собственно, не из самых элементарных: теория функций комплексного переменного.

И, вот, я показываю на доске очередной пример, а за спиной, слышу, паренек шепчет кому-то чего-то. В общем, по шёпоту и по положению источкика этого шёпота распознаю того самого парня, который три или четыре последних занятия не посещал. Да и до того мало ходил.

Оборачиваюсь, осаживаю, он замолкает…

Возвращаюсь к доске и пытаюсь посмотреть на неё взглядом дилетанта. На доске полный бред: сначала интеграл по дэ-икс, потом почему-то по дэ-зэт, хотя, конструкция та же самая… всё это равно два-пи-и умножить на сумму, за которой почему-то идут русские буквы “Выч”…

И препод, то бишь, я, как-то это всё преобразовывает, крутит-вертит, превращает одно в другое…

Был “Выч”, стал дробью, почему-то изменился знаменатель, а потом сразу ответ…

Это как?

В общем, и знать-то нужно не больно много: отлистать назад на пяток занятий… А там формулы… Тупые, молчаливые формулы.

Вот, и начинается: математика — сухая наука для сухарей-математиков.

Зубрить эти формулы, действительно, скучно.

Но стоит узнать, откуда они берутся, из каких гибких движений человеческого ума, из каких невероятных абстракций…

Ведь, когда “сумма Выч” превращается в просто “Выч”, а потом в дробь, а потом в ответ — в голове у того, кто всё это делает нарисована плоскость, на ней какой-то замысловатый контур, из него кружочками вырезаны какие-то точки. Одни точки учитываются, другие игнорируются. Точки, вроде, все одинаковые, но человек знает, что они отличаются: они имеют разный порядок, а с точками разного порядка нужно по-разному обращаться. С какими-то можно просто продифференцировать знаменатель, а с другими необходимо деликатно дифференцировать всю функцию, а потом еще и предел посчитать.

Конечно, многие из этих действий легко проходят в голове, а на доске остаются только отдельные отпечатки, так сказать, промежуточные слепки, застывшие формы бурных преобразований.

Так же, если нарисовать одной линией профиль тела красивой женщины, то вряд ли кто-то скажет, что это сухо, скучно, трудно… Неееет! Тут и слюни потекут, и язык высунется, и мысли разные. Однако, тот, кто не представляет, что есть красивая женщина, такого рисунка, пожалуй не поймет.

Эх… пишу, вот, и понимаю, что объяснить это невозможно.

Либо ты сам всю эту науку увлеченно изучишь, либо мне здесь придется написать курс лекций. А толку? Будет всё так же сухо, непонятно и ни капельки не волшебно.

Действительно, скучно смотреть на значки, в которых ничего не понимаешь. Так же скучно, как, например, слушать английскую речь, когда ни в зуб ногой. Хотя, человек может рассказывать преинтереснейшую историю. Он может обладать прекрасной дикцией и ритмикой речи. Но, ведь, ни одного слова не понятно.

Короче, у меня знание и скорбь не стыкуются. Зато, незнание и скука — это неразлучные понятия.

Чем больше знаешь, тем лучше понимаешь этот мир. Тем более тонкие явления можешь видеть. Тем полнее воспринимаешь всё, что Вселенная пытается до тебя донести.